«Когда приеду, то прошу меня не встречать»: последнее письмо с фронта фельдшера Матвея Омшева

Почти три миллиарда писем, десять миллионов посылок – столько корреспонденции было получено и отправлено во время Великой Отечественной войны. Семьдесят миллионов писем каждый месяц доставлялось с фронта. В бумажных треугольниках помещалось все – страх, надежда, любовь, смерть. Теперь в них – память. О судьбах и письмах тех, кто подарил нам мир сегодня, – Леся Пушкина в проекте «Последнее письмо с фронта».

Письмо №1 - фельтшер Матвей Омшев, письмо №2 - артиллерист Николай Тройницкий, письмо №3 - танкист Иван Красных, письмо №4 - полковник, фотограф, кинолюбитель Михаил Смирнов, письмо №5 - пулеметчик Петр Рубцов, письмо №6 - солист балета Мариинского театра Юрий Монковский.


Германия
15 сентября 1945 года
«Дорогие родители, папаша и мамаша, братишки и все близкие родные! Прошло уже около 5 лет как ввиду сложившихся обстоятельств мы не могли видеться или иметь связь. Моя горькая участь судьбы в связи с войной поставила на колени, и каким-то чудом остался жив, это недоступно нашему уму. Я потерял семью и теперь не знаю где она, потерял все, что было, теперь остались кости, да кожа; а главное жив и здоров, а остального добьюсь. Теперь еду из Германии на Восток, видимо на переаттестацию в город Уфа, когда и где буду работать неизвестно. Когда устроюсь, то сообщу.
Ваш сын, Матвей Омшев
Крепко целую. До свидания».

Матвей Федорович Омшев в прошлом году отпраздновал 100-летие. За все годы войны он написал три письма, послал одну почтовую открытку. Выпускник Ленинградского военно-медицинского училища, «фельдшер» с безупречным аттестатом: физиология – отлично, нервно-психологические болезни – хорошо, детские болезни – отлично, болезни уха, горло, носа – хорошо. Дипломированного военного медика отправили служить в часть, в город Белосток на территорию Белоруссии (сейчас – Польша). 22 июня он, жена и полугодовалая дочка проснулись от бомбежки. Матвей Федорович ушел в часть, через час за семьей была послана телега с лошадью, еще через пару часов сформированный состав увозил их вместе со стариками, женами и детьми в безопасное место. Поезд несся под обстрелами, не останавливаясь, говорили, что в одном из вагонов ехала семья машиниста состава. В то утро Матвей Федорович видел своих девочек в последний раз.

Они расстались на пять лет. Военный медик был захвачен в плен, попал в лагерь, и только благодаря профессии остался жив. Правда сам, Матвей Федорович говорит: «Я никогда не думал о том, что профессия спасла, было некогда, все время работал». Истории операций – как вытащил осколок из глаза металлическим пером – «уточкой», как делал надрезы без наркоза, лечил переломы ног – Матвей Федорович помнит также хорошо, как горы трупов, могилы шестьдесят метров в длину и метр в ширину, кусок хлеба из отрубей и баланду один раз в день. Три раза пытался бежать. Первый раз по канализационным трубам через выгребную яму. Второй раз, прорезав отверстие в железной проволоке забора. Поймали в поле ржи, уснул. «Hände hoch!»  – один из немцев приготовился убить беглеца, но другой не позволил, спас «врача».

– Скрутили по рукам и ногам, сняли штаны, бросили в яму. Лег на солому и тряпки – как подушка, а под ними – целый батон белого хлеба, Ну я его быстренько и уничтожил, – смеется Матвей Омшев. – Третий раз бежали вшестером. Уже в Германии, в 1945-ом. Знали, что немцы бегут, что что-то происходит. Природа помогала. Днем прятались под елками, а ночью – столько снега навалило. Прошли совсем рядом с немецким отрядом. Выстроились в шеренгу, как немцы, и маршируя, прошли. На свой страх и риск. Потом в сарае прятались, на кольях. Три дня сидели, без еды. И вдруг стали слышны танки – французская армия. Они нас и спасли, – резюмировал он.

Последние (они же практически первые) письма с фронта Матвей Федорович написал своей жене, только что узнав, что она жива, из фильтрационного лагеря в Козельске.

Козельск
16 ноября 1945 года
«Добрый день, Лидочка!!! Твое письмо получил вчера, за 29.10.45 и за которое сердечно благодарен и очень был рад, и к тому же ведь я сегодня именинник. Да, мне 16.11.45 исполнился 31 год. Правда ведь уже много прожил на белом свете, но прожил почти туманную жизнь. Но, как провожу свои именины, – только воспоминанием, но ничего, видимо, на будущий год сумеем праздновать лучше вместе.
Ты все дорогая скучаешь, но возможно скоро встретимся (17 декабря) и будем строить снова семейную жизнь. Первое время будет трудновато, но ведь всем сейчас трудно. После тяжелых ран, нанесенных войной. Моя жизнь протекает в особых условиях, для тебя малопонятных, но время придет и все узнаешь. Чувствую себя хорошо, по возможности читаю литературу и немного работаю.
Лидочка, меня очень интересует вопрос: где путешествовала? Работаешь где или нет? Как здоровье мамы? Вкратце, как жизнь в Ленинграде, правда отчасти я знаю, хотя возможно не успею получить, раньше уеду, но могут быть всякие изменения. Лучше вкратце напиши. Дорогая Лидочка, когда приеду, то прошу меня не встречать, я сам приду в один из прекрасных дней. Не обижайся, но это так нужно, пусть будет так ради меня. Будем счастливы в жизни, как и раньше, ведь мы кажется жили дружно и хорошо. До свидания. Крепко целую.
Целую и крепко обнимаю к сердцу мою дочку Раечку. Привет маме, сестрам и Дмитрию. Это письмо посылаю с одной из гражданок, которая приезжала из Ленинграда к своему близкому, который находится со мной!
Крепко целую, Матвей Омшев».
 

Матвей Федорович Омшев – фельдшер, с 1941-го по 1945 год был в немецком плену. Вернулся домой в 1946-ом. 16 ноября 2014 года ему исполнилось 100 лет.

Редакция Петербург.ру продолжает работать над проектом «Последнее письмо c фронта» к годовщине Великой Победы. Если ваши прадедушки, прабабушки, дедушки и бабушки воевали, писали письма родным и готовы сегодня поделиться своими историями, напишите, пожалуйста, на адрес editor@peterburg.ru с пометкой «Письмо с фронта».

Автор проекта и интервью: Леся Пушкина
Фото: Геннадий Демченко

Нашли ошибку в тексте? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter.